top of page
Search

трагический оптимизм, мудрость уязвимости и сила ожиданий

“Всё очень неопределённо и это-то меня и успокаивает.”

В последнее время я часто вспоминаю эти слова Туу-тикки, мудрой и прагматичной подруги семейства муми-троллей из книги “Волшебная Зима”.


У меня нет особенно радостных воспоминаний о прошедшем годе, и позитивных ожиданий от года наступившего. Но именно от этого я нахожусь в странном, новом для себя состоянии внутреннего умиротворения с полным осознанием всего негативного вовне. И, кажется, я нашла, как это называется. Трагический оптимизм.


Принцип, о котором написал Виктор Франкл в постскриптуме к своей книге “Человек В Поисках Смысла”, под заголовком “Доводы в Пользу Трагического Оптимизма"



Муми-тролль встречает Туу-тикки

Трагический оптимизм-это способность сохранять надежду и находить смысл несмотря на “трагическую триаду” жизни: боль, вину и смерть.


Особенность человеческой природы в том, что мы можем извлекать позитивное и конструктивное даже из самого негативного опыта, человеческий потенциал позволяет: “1. превратить страдание в достижение, 2. извлекать из вины возможность стать лучше и 3. находить в мимолётности жизни мотивацию к ответственному действию.”


Но Франкл предостерегает против принудительного оптимизма. Многим знакомо, как при бессоннице, чем больше пытаешься заснуть, тем меньше получается. Такое “гипер-намерение” препятствует и оптимизму. Чем больше мы пытаемся заставить себя быть позитивными и радостными, тем больше разочаровываемся, когда это не получается. Ожидание быть жизнерадостным в реальности неизбежной грусти и потерь (та самая токсичная позитивность) как минимум иллюзорно, как максимум- вредно для здоровья. Самообман отнимает много энергии.


Виктор Франкл


Брэд Сталберг в книге Master of Change предлагает такую формулу: счастье-это реальность минус ожидания. Ожидания определяют опыт.


Как пишет Сталберг:

“Сознание-это не просто наш опыт реальности; это опыт реальности, отфильтрованный и изменённый нашими ожиданиями от неё.”

Моя преподавательница йоги говорила: “ожидания порождают разочарования”. Если мы ожидаем постоянства от мира постоянных изменений, то любые изменения будут восприниматься как неприятная аномалия. Трагичный оптимизм приближает ожидаемое к реальному. “Всё очень неопределённо-и это-то меня успокаивает”.




Сталберг упоминает, что в среднем, за взрослую жизнь человек переживает 36 дезорганизующих события (как коллективных: война, политические изменения, новые технологии, экономический и климатический кризисы, так и индивидуальных: вступление в брак, развод, появление детей, карьерное повышение, потеря близких и т.д).

“Всё есть творение, все есть изменение, все есть поток, все есть метаморфоза.” писал Генри Миллер в “Воскресенье После Войны”.

Изменения-единственное, что постоянно, но есть и то, что не меняется: мы не хотим принимать изменения.


Пытаться осмыслить жизнь через фиксацию-это все равно, что пытаться поймать реку ведром или затолкать ветер в коробку-размышлял Алан Уотс в своей удивительно актуальной сегодня книге “Мудрость Уязвимости”, опубликованной в 1951-м году.



Уотс, называвший себя “философом-аниматором” один из главных популяризаторов восточной философии на западе. (Его аудио сборник ‘Out Of Your Mind, в отличие от гипер-намерения, очень хорошо помогает заснуть).

“Как найти безопасность и внутреннее умиротворение в мире, чья природа заключается в неопределённости, непостоянстве и непрекращающихся изменениях?” спрашивает Уотс.

Ранее он пишет:

“Кажется, что люди счастливы лишь до тех пор, пока у них есть будущее, к которому стремиться - будь то "хорошее время" завтра или вечная загробная жизнь . По разным причинам все большему числу людей трудно поверить в последнюю. С другой стороны, первый вариант имеет тот недостаток, что когда это "хорошее время" наступает, трудно насладиться им в полной мере без обещания чего-то большего. Если счастье всегда зависит от чего-то, ожидаемого в будущем, мы гонимся за обманчивой надеждой, которая все время ускользает от нас, пока будущее и мы сами не исчезнем в пучине смерти.”

Какой смысл в будущем, если оно не становится настоящим?



Есть идеи, которыми многие из нас руководствуются в жизни, но не осознают этого. Одна из таких идей это гомеостаз-стремление систем сохранять стабильность внутренней среды, несмотря на внешние изменения и воздействия. Этот цикл выглядит так: порядок-беспорядок-порядок. Когда происходит какое-то дезориентирующее событие, мы представляем, что сможем вернуться к прошлому порядку, хватаясь за убеждения и действия, которые помогали нам раньше. В долгосрочной перспективе эта стратегия приводит к проблемам. Вспоминаются автократы, хватающиеся за прошлое и до последнего сопротивляющиеся изменениям, принося тем самым много страдания.


Но есть другая модель адаптации к изменениям-аллостаз. По этой модели стабильность достигается через изменения. Вместо того, чтобы бороться с изменениями, мы вступаем с ними в диалог, осознаём, что уже не вернёмся к тому, как было раньше, но придём к чему-то новому. Порядок-беспорядок-новый порядок.


Этой зимой в поисках уютного чтения, я наткнулась на книгу Кэтрин Мэй “Зима Не Будет Вечной.” Это книга о мудрости принятия цикличной природы жизни.


“В современном мире, разрываясь между делами и обязанностями, мы постоянно стараемся отсрочить приход зимы. Мы не осмеливаемся даже ощутить ее приближение, показать, что ее присутствие разрушает привычную нам реальность. В этом случае гораздо эффективнее была бы резкая зимовка. Нужно просто прекратить думать о том, что подобный период в нашей жизни представляет собой банальный нервный срыв или связан с недостатком силы воли. Надо прекратить все попытки запретить себе подобные моменты. Они реальны, и мы должны научиться жить в них. Надо уметь впускать зиму в свою жизнь. Пусть эта пора приходит вопреки нашей воле, но в наших силах изменить отношение к ней.”



Мы не выбираем зиму, но можем решить, как её провести. Как ни странно, с принятием приходит мотивация к мудрому действию. Мы не притворяемся, что ничего не происходит в акте токсичной позитивности, но и не впадаем в нигилизм и апатию с убеждением, что любое действие бессмысленно.


Брэд Сталберг описывает это так:

“Что ж, происходит то, что сейчас происходит, поэтому я сфокусируюсь на том, что контролирую и постараюсь не зацикливаться на том, что контролировать не могу, делая всё, что в моих силах. Это не первый вызов и сезон сомнения и отчаяния, я справлялся с ними раньше, справлюсь и сейчас.”


В “Волшебной Зиме” ближе к концу зимы муми-тролль оказывается лицом к лицу с бурей.

“Муми-тролль вдруг разозлился.Он поднялся и попробовал кричать на ураган. Он колотил снег лапами и тихонько хныкал — его ведь всё равно никто не слышал.А потом он устал.Муми-тролль повернулся к вьюге спиной и перестал сопротивляться.И тут он почувствовал, что ветер тёплый. Ветер легонько подталкивал его через снегопад, и от этого Муми-троллю казалось, что он летит. «Я ветер, я воздух, я сам — частичка вьюги», — подумал Муми-тролль и отдался на милость ветра. Это было почти как летом. Сначала борешься с волнами, а потом тебя с брызгами прибивает к берегу, и плывёшь как пробка в радужной пене, и как раз в нужный момент оказываешься на песке, радуясь своему спасению.Муми-тролль раскинул лапы и полетел. «Пугай сколько хочешь, — подумал он с восторгом. — Теперь я всё про тебя понял. Ты не хуже всего остального, если познакомиться с тобой поближе. Больше ты меня не обманешь».

Comments


Каждую неделю я делюсь своими заметками на полях ценных книг.

Thanks for subscribing!

bottom of page